Переродиться в теле злой мачехи, которую ненавидят и дети, и их суровый отец-герцог — худший сценарий. Но бросать испуганных малышей она не станет. Когда овдовевший правитель прижал её к стене, требуя объяснений её внезапной доброты, она прямо посмотрела в его ледяные глаза: «Теперь здесь всё будет по-моему».